20 лет назад умер мой отец.
Все новости о политике в моей семье обсуждались принципиально не при детях, и в период 90-93 год я услышала, краем уха, немало разговоров, заканчивавшихся при моем появлении. Мне говорили - это новости с папиной работы. Когда папу положили в больницу на первую операцию, маме стало уже не до политики - хотя коллеги из Моссовета звонили, и, расспросив про как дела, начинали изливать потоки информации про то, что и у них не очень.
Кажется, после второй операции ни в Моссовет, ни в лабораторию он уже не возвращался - хотя ему не давали покоя нерешенные дела, их было так много, его постоянно трясли, ожидая такого же участия, какое он прежде всегда проявлял.
Вскоре последовала третья операция. После ее он ослаб окончательно, и на четвертую не согласился - не было сил.
В день разгона Моссовета - и расстрела Верховного Совета России - он умер.